Упал, очнулся, загс

Ошибка заведующей

Анна быстро пробежала глазами данные следующей пары — Владимир Буреев и Наталья Котина. Сердце дрогнуло — парень был полным тезкой ее пропавшего 25 лет назад жениха. Глянула возраст — 24 года. Ну, конечно же, это просто совпадение. Но какое: Они ведь тоже хотели пожениться 23 августа, в день рождения писателя Александра Грина. Именно школьный спектакль «Алые паруса», где Аня играла Ассоль, а Вовка — Грэя, сделал их парой и, как казалось тогда, определил их судьбу.

Новобрачные сияя вплыли в зал. Анна вдохнула и зычным голосом завела привычную тираду. Она тогда тоже хотела такое платье — пышное, как у принцессы. Платье Золушки на балу. А Вовка, юморист и прикольщик, грозился прийти в кожаных штанах и мотошлеме.

— Наталья, согласны ли вы взять в мужья Владимира? — спросила Анна.

— Согласна! — просияла невеста.

— Владимир, согласны ли вы взять в жены Анну?

Стоящие сзади родственники зароптали. Жених растерянно молчал.

— Согласны ли вы взять в жены Анну? — повторила Анна, не понимая сути заминки.

Недовольный ропот усилился.

— Я Наталья, — дрожащим голосом подсказала невеста.

— Ой, простите, — смутилась заведующая загсом.

Такого непростительного казуса в ее практике еще не было. И вдруг их толпы раздался голос:

— Все правильно, вы не ошиблись! Да, я согласен взять в жены Анну!

Невеста уронила букет. Толпа расступилась, высокий седой мужчина вышел вперед по ковровой дорожке и остановился рядом с молодыми.

— Пап, ты чего? — опешил жених.

— Не поздно ли? — пришла в себя и съязвила заведующая загсом.

— Хорошее дело поздно не бывает, — уверенно ответил отец жениха. И, окончательно лишившись разума, рявкнул:

— Горько!

Оседая в объятьях седого мужчины, Анна успела подумать: «Сон! Это, наверное, сон!»

Пока отец целовал заведующую загсом, жених успокаивал гостей:

— Я все понял! Это же Анька! Его первая любовь, которая ждала из армии. А он женился на маме, дочке командира полка.

Через 15 минут обряд продолжился. Но уже в другом исполнении. Молодых расписывала заместитель заведующей загсом, а сама Анна Родионовна выясняла отношения с Вовкой Буреевым в своем служебном кабинете.

— И ты хочешь сказать, что это не предательство? — спросила она, выслушав признания в любви. — Ты бросил меня на 25 лет, сломал мне жизнь! Я вышла замуж за нелюбимого. Муж знал это и страдал. Как он тебя ненавидел!

— Аня, пойми дурака, это был приказ командира. Я подчинился. Он сказал, что дочь себе вены вскрывала и, если я не женюсь, он меня на полигоне пристрелит.

— А почему ты так подло исчез? Мог бы все объяснить, письмо написать!

— С какими глазами? Я попросил родителей, чтоб передали — остался служить на Камчатке. И все. Дескать, крыша поехала.

— И когда ты вернулся?

— Когда Союз развалился. Занялся строительством. Довольно удачно.

— А где жена?

— Пять лет назад поехала в Крым и не вернулась. Курортный роман. Веришь, я даже обрадовался!

— Пять лет назад?- удивилась Анна. — Странно, и я развелась тогда же...

— Я тебя долго искал, а ты словно в воду канула. Решил, в России осталась, ты же в Москве училась? А тут сын жениться надумал, и я предложил: давайте в день рождения Грина!

Спустя 25 лет Анна и Владимир второй раз вошли в ту же реку. Они расписались, и вот уже три года живут счастливо.

Регистраторша увела жениха

По четвергам регистрировались «взрослые» — те, кому далеко за 30. В такие дни Людмила расслаблялась. «Взрослые» относились к свадьбе не с таким трепетом, как молодежь: острили, откровенничали и тащили к столу. Особенно хороши были старички — они называли Людмилу «деточка» и всегда оставляли подарки «за хлопоты». Старички вселяли надежду, что не все пропало и потерявшееся счастье Людмилы все равно ее настигнет.

В этот четверг ожидалось только шесть браков. Можно успеть сварить борщ и отнести маме с папой. Они по старости лет уже ленились долго готовить.

Шестой шла колоритная пара — боцман и портниха с огромным бюстом. Рука боцмана с татуировкой в виде большого краба запомнилась Людмиле еще месяц назад, когда они с невестой писали заявление. Почему-то она тогда подумала: с таким не страшна никакая качка. А потом она увидела его через неделю, он стоял на крыльце и курил.

— Вы опять к нам? — улыбнулась заведующая загсом. — С новой невестой?

Оказалось, что жених зашел в загс «просто так»: Каблук чиркнул по мокрому камню, и она чуть не упала, но боцман удержал ее за талию. Дома, уже засыпая, она вспоминала этот эпизод и долго думала о его руках, крепких и по-мужски красивых.

Фамилия у боцмана была немного нелепая — Борщ, но невеста Борща Цветникова брала ее с превеликой радостью. Было два часа дня, когда Людмила попросила секретаря пригласить последнюю пару. Но в зал регистрации вошла одна Цветникова.

— А где жених? —  поинтересовалась Людмила. — Курит?

И только сейчас она заметила, что невеста заплакана.

— Что случилось? — испугалась она. А в голове промелькнуло: «Только бы жив!»

Цветникова села на стул, впилась в заведующую загсом ненавидящими глазами и ответила вопросом на вопрос:

— Что вы с ним сделали?

Людмила слушала невесту и не верила своим ушам. Целый месяц, оказывается, боцман только и говорил о ней: и о глазах, дескать, печальных, и о руках якобы тонких, и о голосе, будто бы каком-то особенном. А когда Цветникова закатила скандал, сказал:

— Я рад, что ты все поняла. Прости, но я полюбил эту женщину!

— Что же вы хотите от меня? — спросила Людмила.

— Звоните ему и скажите, что любите другого! — то ли умоляла, то ли угрожала невеста, протягивая телефон ничего не подозревавшей сопернице. — Я три года его окучивала!

Она суетливо набрала номер и сказала в трубку:

— Леша, я в загсе, с тобой заведующая хочет поговорить.

— Здравствуйте, — хрипло поприветствовала боцмана Людмила. — Почему вы не пришли на регистрацию?

— Я понял, что совершаю ошибку, — ответил мужчина.

— Вы совершаете ее сейчас, — возразила Людмила. — Ваша невеста вас ждет и любит. Это такое счастье, когда тебя кто-нибудь любит. Мой муж редко объясняется мне в любви, но он любит.

— Не врите, — перебил ее боцман. — Вы не замужем и никогда не были. Я про вас знаю все. И где ваш дом, и когда гаснут окна в квартире. И что вам нравятся интеллигенты — не то что я.

— Какая чушь! Мне нравится краб на вашей руке! — крикнула в трубку Людмила и сама удивилась своим словам.

В следующую секунду Цветникова вырвала у нее телефон и выскочила на улицу. Домой Людмила возвращалась в странном настроении. С одной стороны, она ликовала: он тоже влюблен в нее! С другой — ощущала, что угоняет чужое счастье, как автомобиль.

Борщ сидел на скамейке у подъезда и тихо беседовал с ее соседкой. Рядом в ведре стояли белые розы.

— Как я рада, как я рада! — подскочила пенсионерка, увидев Людмилу. — Давно пора, дорогая! А ваш муж пообещал мне проводку на кухне починить!

 — Починим! — поднял боцман ведро с цветами.

«Ты же планировала: после работы — борщ, — успела подумать Людмила. — Ну что же, все по плану...»